Колдунья

Колдунья стояла на дорожке парка, держа в руках кривоватую и суковатую палку. Она пробегала через парк для того, чтоб срезать путь, и наткнулась на эту корягу. «Классная штука», подумала она, аккуратно высвобождая палку из прошлогодней травы и свежей грязи. Теперь она прикидывала, можно ли сделать из палки мутовку для окраски тканей во всяческих травках-корешках, или палке найдется иное применение.

Проходящий мимо скучающе-отдыхающий мужчина узрел, видимо, в ней подходящий объект. Есть такие удивительные люди, которые считают, что день прожит зря, если им не довелось в этот день одарить хоть кого-нибудь светом истины, носителями которой они себя чувствуют. Чуть вопросительное задумчивое выражение лица колдуньи послужило для мужчины командой «фас» и он устремился к цели даже чересчур прямолинейно:

- Вас что-то заинтересовало в этой коряге? – напористо полюбопытствовал он, одновременно вставая так, чтоб затруднить бегство жертвы.

Видимо, уже много дней были прожиты зря, потому что домашние (если таковые еще оставались) привычно игнорировали его попытки их просветить, а знакомые давно научились носить при нем на лицах маску уверененности и избегать даже риторических вопросов.

- Она и заинтересовала, – не поднимая глаз буркнула колдунья, старательно сковыривая прутиком с палки грязь и легко отваливающуюся кору.

- Это очень грязная палка. И, возможно, в ней давно живут всякие насекомые-древоточцы, – не унимался мужчина, пытаясь добиться хоть формального вопроса, чтоб начать, наконец, просветительскую деятельность. Ему уже хотелось рассказать, почему, предположительно, эта палка вообще высохла и свалилась с дерева, а так же о том, какие беды ждут мебель той легкомысленной особы, которая рискнет принести эту палку к себе в дом. Но для речи ему требовались хотя бы глаза слушателя, а потенциальная жертва упорно смотрела на палку.

- Угу… – отрешенно произнесла колдунья, обнаружив в этот момент, что древесина палки сильно перекручивалась как раз у самого толстого сучка, торчавшего крюком, а перекрут был заметен и в месте разветвления. «Если эта деревяшка не трухлявая внутри, то из этого куска можно сваять что-то симпатичное. Интересно, какой рисунок на спиле?» – думала в этот момент колдунья, совершенно не воспринимая стоявшего рядом.

- А вы чем занимаетесь, позвольте узнать? Может быть, у вас профессиональный интерес тут, а я мешаю? – в интонациях мужчины проскользнула скандальность от обиды за отсутствие внимания к его персоне.

Колдунья же, протерев заинтересовавшее место бумажным носовым платком, обнаружила там явные трещинки. Возможно, в другой ситуации она бы не разочаровалась в этой палке, но бубнящий рядом человек совсем не способствовал полету творческой мысли. Она отбросила переставшую быть интересной палку и впервые посмотрела на приставалу.

- Колдунья я, – ответила она на его последний вопрос, жестко глядя прямо в глаза отнюдь не приветливым взглядом.

Мужчине от взгляда стало почему-то неуютно, но он не сдавался и схватился, как за соломинку, за последнюю возможность. Пытаясь скрыть обиду и дискомфорт под маской скепсиса, он выпалил последний свой вопрос, стараясь интонацией устроить из вопроса провокацию долгого спора:

- Вы верите в колдовство?

- Я в него не верю, – жестко отрезала колдунья, – я его делаю, – уточнила она, одновременно огибая живой столб, и, не удостоив его более взглядом, устремляясь своим широким размашистым шагом туда, куда изначально и шла.

«И какого черта всякие идиоты пристают? Заняться им больше нечем?» – раздраженно подумала она. «Вот, и та, и эта из моих коллег непременно навесили бы на него какую-нибудь бяку. Почему мне всегда бывает лень? Может, я просто не умею наводить всякие порчи?» Подумав это, она немедленно забыла и о приставале, и о порчах, и стала прикидывать, удастся ли ей сегодня найти и купить то, за чем, собственно, она и шла.

«Дура», обиженно подумал вслед колдунье мужчина. Но долго смаковать обиду не стал, потому что в погоде вдруг ощутилась промозглость, он почувствовал, что озяб, и быстрым шагом пошел в выходу из парка, к троллейбусной остановке.

Недели через две после этого, напрочь забытого обоими участниками случая, начальство мужчины воспользовалось каким-то поводом, чтоб, сокращая штат, сократить именно этого утомившего всех занудного носителя истин. Найти другую работу за мало-мальски приличную зарплату как-то не получалось. Кроме того, обострились какие-то болячки. Медики районной поликлиники, конечно же, лечить не умеют, а на платного врача денег не было и пока не предвиделось. Часть болячек, видимо, явилась следствием столь любимых им в недавнем прошлом прогулок по парку в сырую и холодную погоду. Надо было себя беречь, но тогда он об этом не подумал. Теперь, зато, он думал в основном об этом. Даже учить кого-то жизни он перестал. Во-первых, потому что собственных неразрешимых проблем свалилось слишком много. А во-вторых, услышав однажды в ответ шутливое «если ты такой умный, почему ты такой бедный?», он решил не подставляться больше. Самолюбие его испытывало острую боль при воспоминании об этой шутке…

«Никогда не разговаривайте с неизвестными.» (с)