- Мамочки! – с блаженным ужасом прошептала Маринка, выбираясь из противных зарослей какого-то кустарника, в котором навалом было липкой паутины и ни одного гриба. Даже поганок не нашла. Их Маринка тоже брала, кроме зеленой, свято веря, что в лесу ядовиты только сатанинский гриб и бледная поганка, а все остальное смело можно есть. И ела, и гостей кормила, и никто никогда не травился. Впрочем, Марина была уверенна, что скажи гостям про поганки, все тут же потравятся. Поэтому она молчала и только посмеивалась про себя.

Сейчас она стояла на краю недавно выкошенной полянки и вовсю таращила и без того не маленькие глаза. На полянке, ближе к тому краю, лежало Нечто. Привычно внимательная к своим мыслям, она отметила, что по первому ощущению Оно здесь случайно. Убеждение, что подсознание соображает лучше сознания, было неоднократно проверено и сделалось основой многих жизненных правил. Поэтому Маринка ничего не боялась. Ужас, испытанный при первом взгляде на Это, относился к отсутствию здесь и сейчас ее сына Сашки, которого Марина пыталась обратить в свою веру. Обращение шло медленно и со скрипом, потому что Сашка жил с бабушкой, а у Марины бывал только по выходным, да и то не каждую неделю. Маринка считала себя человеком творческим, а творчество, как известно, плохо сочетается с семейными обязанностями. Фундаментом Маринкиной вере служила красивая формула «желание творит ситуацию».

- Если очень сильно захотеть, обязательно сбудется, – внушала Марина сыну,

- Я жвачку хочу, а ты не покупаешь, – ответствовал прагматик Сашка.

- Сейчас денег нет. Будут – куплю, – оправдывалась Марина.

- А ты что, денег не очень хочешь? – нахально вопрошал сын.

«Тоже мне, Антей,» – раздраженно думала Маринка, – «я тебя еще оторву от земли». Но заняться отрыванием вплотную все не находилось времени, и пока она довольствовалась одним желанием. И своей собственной верой. Вера, доходившая до фанатизма, содержала в себе адскую смесь из йоги, внеземных цивилизаций, парапсихологии, Шамбалы, Атлантиды и железного убеждения, что если что-то Такое случится, то без ее личного участия никак не обойдется. Маринка не была тщеславна и, не считая себя лучше других, она никого не считала лучше себя. Поэтому сейчас она нуждалась только в одном свидетеле своего торжества – собственном сыне.

Постояв пару минут и убедившись, что подсознание ничего вредного в Этом не усматривает, Марина направилась к загадочному предмету решительным мальчишеским шагом. Предмет был размером с «Жигули», только круглый и, действительно, напоминал перевернутую миску. Признаков жизни Миска не подавала, хотя Маринка дважды обошла вокруг и, даже, осторожно потрогала, увидев, что мухам, садящимся на эту штуку, ничего не делается. «Автомат, что ли?» – подумала Маринка с сожалением.

- Не автомат, а средство передвижения.

Маринка обернулась так резко, что чуть не упала. Перед ней стоял симпатичный парень в модном комбинезоне.

- Привет. Твое средство? – осведомилась Маринка.

- Мое. Тебе чего надо?

- У вас там все такие вежливые? – ехидно спросила она, вдруг вспомнив, что голова ее похожа на помело, а лицо, наверное, страшно чумазое после путешествия по кустам.

- Не боишься, – с уважением произнес он и, подходя к средству, неопределенно хмыкнул и улыбнулся.

Улыбка у парня была странная. Впрочем, и физиономию его обычной не назовешь.. Совершенно лысый череп, вместо ушей дырки, прикрытые наполовину кожистой перепонкой, губы не окрашенные и из-за этого рот кажется просто щелью, носа нет, на месте носа забавная щелочка во впадинке – совсем как дыхалка у дельфина, а глазищи громадные, цвета пьяной вишни, да еще выпяченные полушариями на плоском лице. Разумеется, ни бровей, ни ресниц. И длинная, сантиметров 20-25, гибкая, как шланг, шея. Но, при всем при том, все это очень симпатичное, доброжелательное и гармоничное, что ли.

Окончательно обнаглев от волнения и нисколько не удивляясь, что парень отвечает не раскрывая рта, потому что она всегда знала, что Они все телепаты, Маринка протянула парню руку и представилась:

- Я – Марина, а тебя как зовут?

- У нас таких имен нет, у нас сенсорный образ, – сказал парень и Марина почувствовала смесь незнакомых вкусов, запахов и ощущений, соображая, что это и есть его имя.

- А мой сенсорный образ вот такой, – сообщила она, старательно представляя себе запах моря, водорослей и нагретого солнцем песка. Видимо, она хорошо представила, потому что парень прикрыл глаза и задумчиво протянул:

- Красиво?

- Мне тоже нравится, – сказала она и спросила: – Ты откуда?

- Издалека, – ответил парень не открывая глаз.

Маринка тоже закрыла глаза и увидела темное, немножко фиолетовое небо с кошмарным количеством очень ярких звезд. Потом она увидела другое небо, уже светло-лиловое, какие-то заросли, розоватый песок и фиолетовые горы вдали.

- Мне небо у вас нравится, – деловито констатировала Маринка открывая глаза, – Я люблю этот цвет. А города у вас есть?

- Нет, зачем они.

Парень говорил, по-прежнему не открывая глаз. Он стоял, облокотившись на свое средство, завязав каким-то невероятным узлом такую же гибкую, как шея ногу вокруг другой, выпрямленной. Марина опять закрыла глаза и некоторое время они стояли молча и неподвижно. Маринка рассматривала картинки чужого мира, восхищаясь и немножко завидуя. Она попробовала показать свои картинки, но пейзажи, которые она представляла и вспоминала, перепутывались с ее мечтами и фантазиями и получалась чепуха. Парень пошевелился. Маринка открыла глаза и встретилась с его изумленным взглядом.

- Так это ты меня посадила? – спросил он, вылупив глаза так, что казалось они сейчас выпадут.

- Не поняла… – смешалась Маринка и тут же вспомнила, что за полчаса до встречи, ползая по кустам, она как раз думала про инопланетников и, как всегда, заклинала их смилостивиться и предстать пред ее ясные очи.

- Наверное, я, – Марина даже покраснела от виноватого смущения.

- Ну ты даешь? – парень мотнул головой, – И чего ты хотела?

- Просто. Интересно. И потом, это не честно, пришли в гости, а хозяевам не показываетесь. Так цивилизованные люди не поступают.

Марина говорила горячо, взахлеб, искренно чувствуя сейчас обиду за все обманутое человечество и за себя лично, потому что теперь ей казалось обидным, что встреча произошла по ошибке, а не по счастливой случайности. Парень, как видно, отлично ее понимал, потому что чем сильнее она горячилась, тем шире он улыбался. Эта улыбка злила ее еще больше и она никак не могла остановиться, изливая на его голову потоки обвинений. Наконец она замолчала, переводя дух и придумывая, что бы такое еще сказать. Парень улыбаться перестал и объяснил очень серьезно:

- Мы не в гостях, мы работаем. А насчет представлений – вот, я тебе представился.

- Но я же не все!

- Понимаешь, – терпеливо продолжал он, – всем не получается. У вас далеко не все могут нас видеть. Это от человека зависит, от его образа мыслей. А из тех, кто видит, большинство боятся. Тех, кто не боится, очень мало. Мы и их сами ищем.

- Ищите, ищите, а меня не нашли. – Маринкина обида уже улеглась, но, для порядка, она еще ворчала.

- Но ты же в городе живешь, а там все мысли перемешаны, не разберешь. И потом, нас тоже мало, можем кого-то и пропустить.

- Ничего себе, мало. Вас по всему свету видят.

- Здесь не только мы, из других миров тоже есть. У них другие установки. Некоторые вообще в контакты не вступают.

- И чего вам у нас нужно? – Маринка совсем успокоилась и обрела свой обычный деловой тон.

- Понимаешь, цивилизация у вас интересная. Вы загнали себя в тупик и в тупике развиваетесь. У вас нестандартный путь развития. Мы уже пару тысяч лет за вами наблюдаем. Очень интересно.

- Наблюдатели! Помогли бы, – хоть парень говорил обидные вещи, но Маринка уже, почему-то, не обижалась.

- Помогать нельзя, – парень вздохнул, – дармоедами станете. Если сами не выберетесь, никто вам не поможет. Мы хоть таких, как ты, ищем. Другие вообще только смотрят.

- А зачем вам такие, как я?

- Мы планету для вас нашли подходящую. Давно уже, когда открыли вас. Ну и стали отбирать людей с недеформированной психикой и отправлять туда. Сейчас там вполне нормальная цивилизация, как у всех. Даже сюда прилетают. Они тоже отбирают переселенцев. Только для них здесь опасно. На нас ваши микробы не действуют, а в их экспедициях заболеваемость большая, в скафандрах ходить приходится. Вы здесь за две тысячи лет столько всякой дряни развели.

- Меня забирать нельзя, у меня сын в городе, – Маринка задумчиво жевала травинку, опять жалея, что не взяла с собой Сашку.

- А я сейчас и не собираюсь. Во-первых, у меня машина одноместная, во-вторых, мы по одиночке не берем. Или друзей, или семьями, а то адаптироваться трудно. Подожди.

Парень повернулся к машине. В боку Миски раздвинулись дверцы и он влез внутрь. Маринка тоже заглянула туда. Дно кабинки было покрыто чем-то мягким и упругим, и продавливалось под коленками парня. Около входа валялся шлем. А больше там ничего не было, ни рычагов, ни кнопок. Только на потолке был вделан кружок матового стекла серого цвета. Парень рылся в ящике на стенке.

- А как ты ей управляешь? – поинтересовалась Маринка.

- Приказами. – парень кивнул на шлем. – А на экране видно все, что внизу. – парень опять двинул головой, на этот раз в сторону стеклянного кружка.

- А если в такую же врежешься?

- Не врежешься. Автоматика, Она сама следит. Я только говорю, куда лететь.

Парень задвинул ящик и протянул ей какую-то штуку, размером с зажигалку, только совсем гладкую.

- Держи, соберешь компанию, позовешь.

Маринка недоуменно вертела штуку в руке, пытаясь понять, на что тут нажимать.

- Нажимать не нужно, – пояснил парень, – просто возьмешь в руку и позовешь, как сегодня. Это усилитель.

- В Японии такой аппаратик сделали бы миниатюрнее, – съязвила она

- Глупая, - ласково улыбнулся он, – для вас стараемся, чтобы не теряли.

Маринка опять слегка покраснела и, тоже улыбнувшись, спросила:

- А когда звать?

- Когда людей найдешь. Три-четыре человека, больше не нужно. Возраст значения не имеет. Собираться вместе тоже не надо. Просто вызовешь нас, мы сначала тебя заберем, а потом остальных.

Парень вылез из машины и протянул ей руку.

- Ну ладно, привет, до встречи.

-Привет. – сказала Маринка и еще минуту стояла на полянке, глядя, как парень опять влез внутрь, закрыл дверцы и машинка плавно поднялась в небо. Снизу Миска была расчерчена какими-то ребристыми полосками, сходящимися к черному кружку в центре. Рассмотреть как следует Маринка не успела, потому что Миска поднималась очень быстро и сразу же исчезла, вильнув за верхушки деревьев.

Обратно к станции Маринка шла, начисто забыв про грибы. «Сашку возьму обязательно» – думала она, поминутно щупая карман джинсов и проверяя, на месте ли усилитель. «Маму бы взять, но она не согласится. А, может, уговорю: И еще кого- нибудь для компании.» Она вышла из леса и побежала по тропинке к станции, потому что вдали уже была слышна подходившая электричка. На бегу она перебирала в памяти всех своих друзей, по очереди отбрасывая кандидатуры. «А ведь найти «кого-нибудь», пожалуй, самое трудное» – подумала Маринка, входя в вагон.