Сказка о Синем Волке

Еще одна сказка из летнего лукошка. Еще одна капля дождя, снятая с паутинки дорог.

Когда-то очень давно, когда на север от нынешнего Тамбова сплошные леса стояли, людей там почти не было, – очень мало было. С юга люди переселялись потихоньку, осваивая земли, селились редкими-редкими деревнями.

И в этих лесах жил чародей. Переселенцы не знали о нем, а он и не показывался. Чародеи живут очень долго, гораздо дольше людей, но все равно они не вечны. Тот чародей поселился в этих лесах, когда людей здесь еще не было. Он знал, что доживет до того времени, когда люди придут, и он этого ждал.

И вот когда люди появились, обустроили деревни, распахали небольшие поля, появился в этих местах синий волк. Раза в два, а то и в три больше обычного волка. Появлялся он редко. Но всегда через год-другой после того, как его заметят поблизости от какого-то селения, синий волк непременно утаскивал ребенка. Так, словно ждал, терпеливо ждал, пока можно будет, когда время придет, и похищал ребенка. Люди, естественно, думали, что он детей ест, а на самом деле он уносил их в лес. Это и был чародей, оборачивающийся синим волком. Он уносил украденных детей в лес и там их растил и воспитывал. Причем было в его магии такое, что если он ребенка похищал, то ребенок станет оборотнем.

Они не были синими, эти волки-оборотни. Они были как бы обычным волками. Покрупнее обычных волков, но не синие. И считали эти дети-оборотни себя детьми чародея. А росли там и девушки, и юноши. Как и их приемный отец, они получали с даром оборотнечества долгую жизнь, – не такую долгую, как у чародея, но, все равно, много дольше, чем у людей. Было их немного, и за свою долгую жизнь они расплачивались плодородием. Дети у них появлялись редко. И поэтому чародей, пока был жив, продолжал время от времени приносить из человечьих деревень новых детей. Не каждый год, далеко не каждый, – но время от времени он появлялся у каких-то селений и утаскивал ребенка.

Потом пришло ему время умирать. Позвал он одного из своих приемных сыновей и попросил держать его за руки, когда умирать будет. И вот так вот, держась за руки одного из юношей, он умер.

Люди-оборотни, как им было велено чародеем перед смертью, отнесли тело в лес, в заветное место, там положили и ушли, – он велел к нему не возвращаться. А когда собрались они все вместе справить тризну о нем, обратились в волков, чтобы взвыть печально к небу, увидели, что шкура того самого юноши, который держал чародея за руки, отливает сапфиром.

И опять синий волк появился в окрестных лесах, и передался ему дар чародея: ребенок, которого он похищал, становился оборотнем, так что народ чародея, хоть и редко у них рождались свои дети, продолжал жить в этих лесах. Долго это продолжалось. Никто не знает, как долго, никто не может сказать, сколько синих волков сменило друг друга. Людей вокруг становилось все больше, люди расчищали место под свои поля, лес потихоньку отступал, отступали и оборотни вместе с лесом. А потом оборотни исчезли вовсе. Долгое время после того, как оборотни исчезли и синий волк перестал бегать по соседним селениям, здесь еще жило предание о синем волке. А потом забылось.

Но где-то до сих пор живет этот народ, и где-то до сих пор бегает синий волк. Время от времени он похищает человечьих детей, чтобы те стали оборотнями, чтобы жило чародейское племя.