Легенда о потерянных во времени

По дикому лесу, за призрачной лентой тумана,
За шлейфом возлюбленной сказочной феи своей,
Со взором потухшим, тоской и отчаяньем пьяный,
Не ведая, чем он влеком, иль мечтой, иль обманом,
Он скачет так много ночей,
Серебряный рыцарь в доспехах из лунных лучей.

С эльфийским мечом, притороченным к луке седельной,
Стегая гнедого, рожденного тьмой скакуна,
Себя потерявший, гонимый тоской беспредельной,
Давно заблудившийся в сказочных снах Сопределья,
Лишившись навеки покоя и сна…
Тяжелая ноша – на нем есть и долг, и вина…


Так начинается Баллада о Потерянных Во Времени, которую поют люди Малого Народца. Это – история Фэйри, Народа Колдунов. Баллада длинна и изыскана, а я не столь сильна в стихосложении, чтобы взяться за ее полный стихотворный перевод. Поэтому я просто расскажу эту историю.

Давным-давно, еще в первую Эпоху человечества, тогда, когда люди и Народ Колдунов жили рядом, у Колдунов появились дети. По-прежнему союзы Колдунов между собой оставались бесплодными (и по сию пору так), но стали рождаться дети в союзах Колдунов и людей, дети-полукровки, дети-полубоги. Ведь Народ Колдунов был Богами для людей. Немного было этих детей, но и среди этих немногих лишь некоторые были подобны своим бессмертным родителям – и духом, и плотью. Такова была дочь одного из Богов, рожденная смертной женщиной. Люди ведь смертны, хотя в те времена они вернули себе способность жить долго, много дольше, чем теперь. Девочка-фея росла медленно, как растут Колдуны. За столетия ее жизни сверстники-люди давно уже стали взрослыми, а она только расцветала красотой юности. В эту пору прибыло в замок ее отца посольство лорда-человека. Среди людей был молодой рыцарь. Он тоже нес в своих жилах кровь Колдунов, но был человеком. Ну и конечно, как такое и случается, два чистых сердца раскрылись навстречу друг другу. Никто не торопил рыцаря возвращаться в свои земли и молодые люди проводили вместе все время. Он рассказывал ей о мире людей, которого она почти не знала, а она учила его магии. Те полукровки, что рождались смертными людьми, тоже были способны к магии, но Боги о том не знали – это стало открытием юных влюбленных. Тогда время текло иначе, и никто никуда не спешил, так что никто не скажет теперь, сколько времени провели вместе молодые люди. Только однажды они пришли к ее отцу, поклялись перед ним быть вместе и сотворили магию, связавшую нерушимыми узами два бессмертных духа. Не успел отец остановить детей. Разные есть обряды. Можно связать жизни, можно связать Пути. Дети же выбрали самый мощный обряд, связывающий Дух. Таков был выбор юной феи, так как этот обряд давал бессмертие Богов ее возлюбленному. Знали влюбленные, какое наказание следует за нарушение этой магии, но им казалось, что ничто не сможет разорвать их союз. Испугался отец – многие тысячи лет и многая мудрость была за ним. Знал он, как опрометчиво доверчива юность, но поздно было. Магия свершилась и нерушимые узы связали двоих.

Годы и десятки лет проходили. Ничто не нарушало счастливой любви молодых супругов. Он учился всему тому, что нужно знать бессмертному. Она помогала ему и училась вместе с ним. Потом прошли еще годы, и вот она уже счастливо смеялась над колыбелью маленького Фэйри. Но у рыцаря был еще долг перед лордом-человеком. Во исполнение этого долга, чтобы обрести полную свободу от обязательств, рыцарю следовало отправиться на несколько лет в далекие земли. Должна была бы его жена отправиться вместе с ним, но боязно ей было уезжать из родительского дома в чужой мир людей, да и с малышом не хотелось расставаться. Поэтому создала она кристалл-амулет, оберегающий любовь, разломила его пополам, и каждый из них повесил половинку себе на шею. Строго наказала она мужу не дать ни одной чужой руке коснуться камня, даже случайно. Так расстались они.

Несколько лет прожил рыцарь вдали от любимой. Скоро ему уже было время возвращаться, и радовался он, предчувствуя встречу. Однако жила в той стране женщина-колдунья. Колдунья, спросите вы? Ну да. С тех пор, как влюбленные открыли способность смертных полукровок творить колдовство, люди узнали и стали учиться. Много раз пыталась колдунья зачаровать рыцаря, но амулет защищал его от чар, а любовь к жене заполняла сердце и он не замечал красоту других женщин. Поняла колдунья, что есть у рыцаря оберег сильнее ее человеческих чар. Тогда колдунья стала помогать рыцарю в его делах и стала ему другом. Рыцарь был чист сердцем и честен. Он помыслить не мог, что дружба эта может быть из хитрости. Вот пришли последние дни. Рыцарь устроил прощальный пир для своих друзей. И колдунья была там. Веселый был пир. Много сладкого вина было выпито, много песен и баллад спето. Жарко было на пиру. Расшнуровал рыцарь ворот своей куртки. Спросила его о чем-то колдунья и он склонился к ней, чтобы ответить в шуме веселья. Быстро, как змея, скользнула ее рука к его вороту и коснулась камня. Чужая рука коснулась – рассыпалась магия оберега. В тот же миг чары колдуньи обрушились на рыцаря, стирая его память. Когда минутой позже кто-то из друзей заговорил о расставании, вскочил рыцарь и объявил, что нет ему причин уезжать от друзей.

- Остаюсь я с вами, друзья мои! – сказал рыцарь, – А вот и женщина, которую я люблю! Пусть этот пир будет нашим свадебным празднеством!

С этими словами взял он за руку колдунью, посмотрел ей в глаза и поцеловал долгим поцелуем. Все еще боялась колдунья силы магии амулета. Потому спросила она рыцаря:

- Что за камень у тебя на шее?

- Камень? Просто камень. Он красив и зелен, как твои прекрасные зеленые глаза. Возьми его себе! – с этими словами он снял с шеи умерший амулет и отдал ей.

И остался рыцарь в той далекой стране. Скоро родила колдунья ему одного за другим пятерых ребятишек. У людей дети рождаются быстро и легко. И не вспоминал рыцарь свой дом и жену. А дома пока никто, кроме феи-жены не догадывался о том, что случилось. Удивлялись, что рыцарь задерживается, но ждали его со дня на день. Только она понимала, что случилось непоправимое, чувствуя ледяной холод своей половинки камня. Стала она грустна, не пела больше, не смеялась забавам маленького сына. Тогда и отец ее стал догадываться. Страшно ему стало и горько. Но закон есть закон. Отправил он зов рыцарю с требованием вернуться и закончить службу. Получив зов, рыцарь только удивился тому, что забыл про службу, но жену свою пока не вспоминал. Попрощался с колдуньей, которую и считал женой, с детьми и отправился в путь. Только когда пересек он незримую волшебную границу между мирами Богов и людей, спали с него чары колдуньи, вспомнил он все. Страшная боль сжала его сердце, захотел он умереть – но не мог, ведь был он бессмертен.

И вершился Суд. Суров закон Богов. Очень суров, но справедлив. Была тяжкая вина на рыцаре. Предал он нерушимые узы, хоть и невольно. Но не меньшая вина лежала на фее. Исполни она свой маленький долг, отправься она в путешествие с мужем, не нарушил бы он долг больший. А потому приговор Богов был таков: будут бессмертные души обоих отняты от бессмертных тел. Будут они оба рождаться вновь и вновь в телах смертных, человеческих. Многие жизни будет она убегать от него. Многие жизни будет искать он ее. Но каждый раз, встречаясь, не будут они узнавать друг друга. Эти многие жизни и есть тот дикий лес, с которого начинается баллада. И будет так до тех пор, решили Боги, пока не простит каждый из них вины другого. В чем же тут сложность, спросите вы? Да в том, что каждый из них винил только себя. Как простить вину тому, за кем вины не видишь? Большую мудрость нужно обрести, чтобы понять это и свершить.

Чем же кончилась эта история? В том-то и дело, что она еще не кончилась. Баллады Колдунов поются, пока сюжет не завершен. Когда же ставится последняя точка, это становится историей Колдунов и сказкой людей. Все так же убегает фея от своего любимого через дебри рождений и смертей. Все так же он стремится ее догнать. Все так же каждый из них снедаем тоской и раздавлен чувством своей вины. И их тоска касается сердец смертных, творя несчастливость, заставляя людей убегать от настоящей любви, затененной болью. Немногие люди принимают эту боль ради того, что за нею скрыто.

Там, где теперь дом Народа Колдунов, в тихой гробнице, укрытые магией, лежат без жизни бессмертные тела супругов, ожидая свершения. Когда сбудется предначертанное, тогда последний раз примут они смерть, чтобы вернуться к жизни самими собой. А что же их сын?- спросила я певцов. Разное пропели они. Одни сказали, что растет мальчик в доме своего деда, ожидая возвращения родителей. Другие пропели, что ушел он в лес рождений и смертей вместе с матерью, облегчив ее путь. А колдунья? Колдунья дожила свою жизнь и умерла, чтобы родиться вновь. Только след ее чародейства остался в веках. С тех самых пор, из века в век, из Эпохи в Эпоху, живет в человеческих сердцах инстинктивное недоверие к магии, неосознанный страх перед теми, кто ею владеет. Ведь тогда впервые колдовством было сделано то, что люди назовут злом, хотя магия здесь абсолютно ни при чем. То, что было сделано колдуньей – сделано человеческой хитростью.